Изменения в Закон о защите конкуренции

Антимонопольный орган все больше концентрируется на пресечении сговоров на торгах и в меньшей степени возбуждает и рассматривает дела о классических картелях.

Это неудивительно. Пресечение сговоров на торгах позволяет, с одной стороны, «экономить бюджетные средства», а с другой — такие нарушения, как правило, легче доказывать по сравнению с классическими картелями.

Именно на усиление борьбы со сговорами на торгах направлены новые изменения в Закон о защите конкуренции.

Федеральным законом от 24.06.2025 № 182-ФЗ внесены изменения в Закон о защите конкуренции, которые вступают в силу с 1 августа 2025 года.

Ключевое нововведение — создание так называемой системы ГИС «Антикартель».

Предполагается, что эта система будет ежедневно автоматически сканировать сведения обо всех проводимых торгах с использованием элементов искусственного интеллекта.

Цель такой системы — помогать выявлять признаки заключения и реализации антиконкурентных соглашений.

Пока сам закон не раскрывает детально, как именно будет работать ГИС «Антикартель».

Он отсылает к постановлению Правительства, которое должно определить порядок функционирования системы.

Поэтому больше конкретики появится уже после официального принятия соответствующего положения о ГИС «Антикартель».

Во время рассмотрения законопроекта в Государственной Думе в него были добавлены и другие изменения.

Они напрямую не связаны с ГИС «Антикартель», но тоже имеют практическое значение.

Речь идет прежде всего об изменении правил раскрытия информации ФАС и доступа третьих лиц к отдельным сведениям.

Из закона исключено требование о размещении на сайте антимонопольного органа решений и предписаний, затрагивающих интересы неопределенного круга лиц.

Это означает, что часть актов, ранее подлежавших публикации в открытом доступе, больше не будет размещаться на сайте антимонопольного органа в прежнем порядке.

Изменения затронули и порядок публикации решений коллегиального органа ФАС.

Теперь на сайте ФАС будет размещаться только резолютивная часть решения, принятого по результатам рассмотрения жалобы на решение или предписание территориального антимонопольного органа.

Сам текст решения по жалобе будет направляться почтой, а не публиковаться на сайте ФАС.

Изменен и момент вступления в силу решения коллегиального органа ФАС.

Ранее такое решение вступало в силу с момента его размещения на сайте ФАС.

Теперь оно будет вступать в силу с момента изготовления в полном объеме.

Это важное процессуальное изменение, поскольку момент вступления решения в силу влияет на дальнейшие действия участников спора и сроки обжалования.

Также исключено требование о размещении на сайте ФАС перечня лиц, входящих в одну группу, если такой перечень представлен для целей совершения внутригрупповых сделок в порядке статьи 31 Закона о защите конкуренции.

Иными словами, сведения о группе лиц, представленные в рамках этой процедуры, станут менее доступными для третьих лиц.

Еще одно изменение касается ходатайств о даче согласия на совершение сделок или иных действий.

Из закона исключено требование о размещении на сайте ФАС сведений о поступившем в антимонопольный орган ходатайстве.

Это также снижает публичность информации о рассматриваемых ФАС сделках.

В результате новые правила имеют двойственный характер.

С одной стороны, государство усиливает инструменты выявления антиконкурентных соглашений, прежде всего сговоров на торгах, за счет создания ГИС «Антикартель».

С другой стороны, одновременно уменьшается объем информации, доступной третьим лицам через сайт ФАС.

Это касается как информации, поступающей в антимонопольный орган, так и оснований отдельных решений, принимаемых коллегиальным органом ФАС.

Главное публичное внимание, скорее всего, будет сосредоточено на ГИС «Антикартель» и использовании элементов искусственного интеллекта для выявления сговоров на торгах.

Но не менее важны и сопутствующие изменения, которые сокращают прозрачность отдельных процедур ФАС.

Поэтому практическое значение закона состоит не только в усилении контроля за торгами, но и в изменении баланса между антимонопольным контролем и доступом третьих лиц к информации.